Новомосковское отделение Тульской областной Общероссийской общественной организации

«Российский Союз ветеранов Афганистана»

Мемориал

27 апреля 1978 года в Афганистане группа офицеров совершила военный переворот.

Это событие произошло в одной из самых отсталых и бедных исламских стран.

Чтобы лучше представить характер афганских событий тех лет и особенности отношений между Афганистаном и СССР, обратимся к их более ранней истории.

31 августа 1926 г. Между Афганистаном и СССР был заключен договор о нейтралитете и взаимном ненападении.

За прошедшие годы в Афганистане периодически происходили антиправительственные заговоры, восстания, мятежи. В середине 50-х годов обозначилась новая волна мятежного движения. В это время в стране образовалась НДПА. В ответ на активизацию лево-демократического движения, исламские фундаменталисты создали свои организации. Они выступали за восстановление фундаментальных основ ислама, "очищение его от поздних наслоений и влияний", установления в стране теократического государства.

Объединение НДПА и усиление левых сил вызвало тревогу в правящих кругах Афганистана. После июльского переворота 1973г. М.Дауд раскрыл и подавил три антиправительственных заговора. Представители правых группировок в правительстве и армии постоянно усиливали давление на М.Дауда, требуя расправы с демократическими силами, прежде всего с НДПА, а также свертывания афгано-советских отношений. К 1978 году в Афганистане находилось более 2 тыс. советских технических и экономических советников. Общая сумма советских кредитов достигла 1265 млн дол., в то время как американские кредиты и безвозмездные субсидии равнялись лишь 470 млн долларов.

Лидеры НДПА начали готовить переворот с целью свержения М.Дауда, который произошел в апреле 1978 года.

Для советских представителей в Кабуле, а также для наших спецслужб это событие было неожиданным, как "гром среди ясного неба", они попросту "проспали" его. Руководители НДПА скрывали от советской стороны свои планы по свержению Дауда и тем более не советовались по этим вопросам, так как были уверены, что в Москве негативно отнеслись бы к их намерениям. Однако в Советском Союзе, хотя и оценивали события, происшедшие в Афганистане как верхушечный военный переворот, встретили известие о приходе к власти НДПА с нескрываемым удовлетворением, на основании чего некоторые западные эксперты утверждают, что устранение М.Дауда - дело рук советских спецслужб, хотя никаких доказательств при этом не приводят.

30 апреля 1978 года Военный революционный совет объявил декрет №1. В нем говорилось, что он передает свои полномочия Революционному совету, который объявляется высшим органом государственной власти в Афганистане и вливается в его состав. Афганистан является Демократической Республикой (ДРА). Главой государства и премьер-министром назначается Н.М.Тараки, его заместителем в партии и государстве - Б.Кармаль, первым заместителем премьера и министром иностранных дел - Х.Амин.

В области внешней политики провозглашались проведение миролюбивой политики неприсоединения, позитивного нейтралитета, борьба за всеобщее разоружение, поддержка национально-освободительных движений, укрепление дружбы, добрососедства и сотрудничества со всеми соседними с Афганистаном странами. При этом приоритет отдавался укреплению традиционно дружественных связей с Советским Союзом, к которому у афганского народа было самое благожелательное отношение как к великому северному соседу.

В связи с этими событиями в Афганистане был экстренно создан специальный корпус советских специалистов. К сожалению, в его составе оказались люди, не знающие специфики мусульманского мировосприятия. Известно, что у ислама свои законы и свое отношение к представителям других религий. Как мусульманин, афганец всегда хранит в глубине своего сознания определенное, устойчивое чувство к человеку другой религии. И как бы ни складывались с ним взаимоотношения, в действительности он всегда питает к нему глубокое недоверие, а нередко - и неукротимую вражду. Эти чувства можно "устранить" лишь временно, но изжить их из сознания афганцев окончательно пока никто так и не смог. Наши же партийные советники пытались идти по уже знакомому им пути, предлагая афганскому руководству полностью копировать и настойчиво внедрять опыт КПСС. Нередко такие рекомендации были нелепы, а порой абсурдны (например, организация соцсоревнований, чтение книг Л.И.Брежнева "Малая земля", "Возрождение" и т.п.). Военные специалисты, тем временем, обсуждали вопросы строительства вооруженных сил ДРА.

Одним из важнейших вопросов новой жизни Афганистана было отношение к религии, и, хотя в обращении к народу в апреле 1978 г. было провозглашено, что революция в Афганистане совершена во имя "защиты принципов ислама и демократии", а патриотическое духовенство призывалось к сотрудничеству с новой властью, в практическом же плане были предприняты шаги по усилению контроля за деятельностью духовенства и содержанием проповедей. Были случаи, когда служителей культа расстреливали на глазах у верующих, а ведь ислам был мировоззрением большинства населения, в глазах которого священнослужители являлись слугами Аллаха на земле.

Противостоять исламу или тем более бороться с ним в Афганистане означало выступать против собственного народа. Невежественное обращение с ним, манипулирование исламом в своекорыстных целях обернулось самыми серьезными последствиями. Ислам был взят оппозицией в качестве объединяющей идеологии в противовес идеологии НДПА.

Репрессивные шаги режима в отношении высшего духовенства и мулл привели к тому, что шииты под флагом ислама и говоря от его имени возглавили все враждебные новой власти силы и перешли к активному противодействию НДПА, искусно используя исламские ценности в качестве оружия в борьбе за политическую власть.

В начале января 1979 г. обстановка в стране резко ухудшилась. Развернулось вооруженное сопротивление властям в центральных провинциях, где влияние Кабула было традиционно слабым. Против правительства выступили таджики Нуристана.

Во многих провинциях Афганистана развернулись диверсионные действия групп оппозиции по блокированию дорог, уничтожению линий электропередач и телефонной связи. Нарастал террор против лояльных правительству граждан. Таким образом, оппозиционеры старались дестабилизировать обстановку, расшатать новый режим ДРА, держать правительство в постоянном напряжении, создавать атмосферу неуверенности и страха.

Процесс преобразований в Афганистане развивался в неблагоприятных внешнеполитических условиях. Большинство стран Запада, их союзники в мусульманском мире, а также КНР с самого начала заняли негативную и даже враждебную позицию в отношении событий в этой стране, усматривая в них угрозу резкого изменения соотношения сил в регионе в пользу Советского Союза.

В свою очередь Советский Союз оказывал большую помощь ДРА. В декабре 1978 г. во время первого официального визита в Москву Н.М.Тараки был подписан советско-афганский Договор о дружбе и сотрудничестве.

Советские руководители в то время с оптимизмом смотрели на перспективу в Афганистане. Они рассчитывали в его лице иметь надежного союзника на юге. Однако дальнейшие события развивались совсем не так, как предполагали в Советском Союзе, "революция" вылилась в трагедию для народов.

С середины 1978 г. по инициативе Х.Амина стал насаждаться культ личности Н.М.Тараки, создаваться атмосфера всеобщего обожания "отца народов Афганистана". Причем делалось это таким образом, чтобы дискредитировать Генерального секретаря ЦК НДПА. К несчастью для себя, Н.М.Тараки верил этому, все больше удаляясь от государственных дел. В то же время реальная власть все больше сосредотачивалась в руках Х.Амина, который исповедовал тотальное насилие.

Одновременно в стране начали проводиться широкие репрессии против парчамистов, которые быстро перекинулись на все слои афганского общества. Вместо ожидаемого блага революция несла народу смерть, пытки, страдания, кровь, насилие...

Обострение раскола в НДПА оказало самое губительное влияние на армию, приведя к гонениям на противников крыла Тараки-Амина и в вооруженных силах. В ходе чисток немало офицеров и генералов было уволено из армии, а часть репрессирована. Оставшиеся на свободе получили указание уйти в подполье и укреплять свои позиции в вооруженных силах.

В условиях нарастания напряженности в Афганистане и вокруг него со стороны афганских руководителей начали поступать просьбы к Советскому Союзу об оказании помощи ДРА своими войсками. Такие просьбы передавались через советских представителей в Кабуле. 

Тем самым афганские правители пытались напрямую втянуть Советский Союз в решение внутренних проблем своей страны. И это в конечном итоге им удалось.

15 марта вспыхнул антиправительственный мятеж населения в Герате, в котором по инициативе их командиров приняли активное участие подразделения военного гарнизона. Погибло около тысячи человек, в том числе два советских гражданина. Это событие очень встревожило афганских руководителей. Они в очередной раз обратились к СССР с просьбой оказать военную помощь непосредственно советскими войсками.

В течение трех дней (17-19 марта) по предложению Л.Брежнева ситуация, возникшая в Афганистане из-за гератского мятежа, а также просьба о вводе советских войск для оказания помощи в подавлении вооруженного выступления в Герате обсуждалась на заседаниях Политбюро ЦК КПСС.

Сначала Министерству обороны предложили развернуть две дивизии на границе между СССР и Афганистаном, а 18 марта 1979 г. - дополнительно еще две дивизии. При этом категорически утверждалось, что у советского руководства нет намерений вводить войска в Афганистан. Во время своего приезда Н.М.Тараки встречался с Л.И.Брежневым, где опять-таки просил его об оказании помощи Афганистану советскими войсками. Однако тогда лидер КПСС сказал, что, по мнению советского руководства, посылать войска, а тем более наносить бомбо-штурмовые удары с территории СССР не стоит. В Афганистане достаточно опытных советников, которые могут помочь в ликвидации контрреволюционного выступления.

Мятеж подавили верные правительству силы, не прибегая к помощи советских войск. Но дальше ситуация в стране развивалась стремительно и во многом непредсказуемо.

На основе всестороннего анализа ситуации, сложившейся в Афганистане и вокруг него, советскими ведомствами вырабатывалась линия на продолжение всестороннего сотрудничества с ДРА, а также осуществлялись практические шаги по укреплению двухсторонних связей.

К сожалению, в дальнейшем эту линию отстоять не удалось. В силу ряда причин она претерпела изменения. Остается загадкой, что же заставило членов Политбюро ЦК КПСС кардинально поменять свои взгляды относительно ввода советских войск в Афганистан. Ведь позиция большинства из них была взвешенной. Известно лишь, что афганское руководство продолжало настаивать на вводе советских войск в Афганистан. В постановке этого вопроса особую активность проявлял Х.Амин.

В середине апреля вооруженная оппозиция наиболее активно выступала в провинциях Бадгиз, Бадахшан, Тахар, Кунар, Нангархар, Пактика и Пактия. Правительственные силы вели с отрядами оппозиции боевые действия.

Однако уже тогда начали проявляться кое-какие колебания в позиции советских представителей в Кабуле, которые предложили создать в Афганистане учебный центр по типу того, какой был у нас на Кубе. А сведущие люди знали, что там под такой легендой была развернута мотострелковая бригада.

В начале мая 1979 г. было принято решение сформировать специальный батальон, укомплектованный лицами коренных национальностей среднеазиатских республик, который позже в обиходе окрестили "мусульманский". К концу мая "мусульманский" батальон в основном был сформирован.

Тем временем в Афганистане обстановка продолжала осложняться и афганские руководители продолжали настаивать на вводе советских войск в Афганистан.

Между тем главная опасность для высших афганских руководителей исходила не от оппозиции. Она таилась в той борьбе, которая незримо происходила в самом руководстве партии и государства. Х.Амин не удовлетворился тем, что многие видные деятели НДПА были отстранены от своих постов, репрессированы или вынужденно покинули страну. Он приступил к завершающему этапу интриги по устранению от власти "своего учителя", которому прилюдно целовал руки, по изоляции его ближайших сподвижников. Х.Амин неудержимо рвался к единоличному правлению. Роль "верного ученика" М.Тараки и второго человека в государстве его больше не устраивала. Хафизулла Амин хотел быть только первым. 

5 августа в Кабуле в пункте дислокации афганского 26-го парашютно-десантного полка и батальона "командос" вспыхнул очередной мятеж. В результате решительных мер мятеж подавили. Для этого войска столичного гарнизона были приведены в готовность №1.

11 августа 1979 г. состоялась беседа главного военного советника в ДРА Л.Н.Горелова с Хафизуллой Амином, после чего некоторые армейские подразделения и спецгруппы КГБ стали перебрасываться в Афганистан.

Советские представители в Кабуле, находясь под постоянным давлением со стороны Тараки и Амина, чтобы избежать отправки в Афганистан регулярных частей Советской Армии, предложили изучить возможность направления в Кабул спецподразделений. Безусловно, граждане СССР, которые находились в ДРА в то время, с одобрением воспринимали подобные шаги, потому что от этого зависела и их безопасность.

Х.Амин очень хотел иметь в Афганистане советские войска в качестве гаранта устойчивости своего режима и проявлял для достижения этой цели завидную настойчивость и изобретательность. Он не мог даже предположить тогда, что именно они станут его могильщиками.

В начале сентября Х.Амин настоял на поездке Н.М.Тараки в Гавану на сессию глав неприсоединившихся государств, надеясь в его отсутствие завершить мероприятия по подготовке к захвату власти в стране. Попытки советского руководства отговорить Н.Тараки от этой поездки не увенчались успехом - он продолжал слепо верить Х.Амину.

Возвращаясь из поездки на Кубу, во время остановки и беседы с советскими руководителями в Москве Н.Тараки узнал, что во время его отсутствия Х.Амин фактически отстранил от должности самых верных и преданных Тараки людей.

14 сентября Х.Амин своим приказом привел войска Кабульского гарнизона в готовность №1. Советские представители снова встретились с ним и попытались вмешаться, но безуспешно. Х.Амин уже приступил к исполнению своего плана.

Утром 14 сентября Н.Тараки позвонил Х.Амину и пригласил его к себе, сказав, что это предложение исходит и от советских товарищей.

Неожиданно, после многих отказов, на этот раз Амин согласился на встречу. Приехав в середине дня с усиленной охраной в резиденцию "соперника", он стал подниматься по тыльной лестнице, ведущей к квартире Н.М.Тараки, в сопровождении встретившего его подполковника С.Таруна. В это время раздались автоматные очереди. Возникла неразбериха и паника. Кто-то убит, кто-то ранен. Х.Амин успел добежать до машины и уехал, а Тарун, встречавший его и шедший впереди, был изрешечен пулями.

Далее события развивались стремительно. По сигналу начальника Генерального штаба генерала Якуба войска Кабульского гарнизона вошли в город, взяли под охрану правительственные объекты, блокировали резиденцию Н.М.Тараки и фактически изолировали его.

Ночью Х.Амин провел заседание Политбюро ЦК НДПА, а затем утром - пленум ЦК, на котором Н.Тараки и его соратники как бы официально единогласно были сняты со всех постов и исключены из партии. Вечером того же дня в Кабуле по радио было объявлено, что Н.Тараки освобожден от всех постов.

Несмотря на фактический новый военный переворот, происшедший в Афганистане, советское руководство внешне продолжало прежнюю линию, официально демонстрируя поддержку диктатору. Только 10 октября было официально объявлено о смерти Н.М.Тараки от непродолжительной и тяжелой болезни, хотя позже стало известно, что офицеры президентской гвардии за два дня до этого задушили его по приказу Х.Амина.

Наиболее жестокий характер приобрели события в стране после совершения государственного переворота и прихода к власти Х.Амина. Манипулируя социалистическими лозунгами и прикрываясь демагогической фразеологией, Х.Амин повел дело к установлению тоталитарного, диктаторского режима, развернув в стране широкомасштабную кампанию террора и репрессий, несовместимых с объявленными НДПА целями и задачами. Он взял курс на превращение партии в придаток своей террористической диктатуры. 

ЦК КПСС неоднократно обращался к афганскому руководству, добиваясь прекращения незаконных репрессий, призывая соблюдать законность, а не действовать по произволу тех или иных лиц, находящихся у власти. Х.Амин постоянно обещал это, лицемерно подчеркивая свое дружеское отношение к Советскому Союзу, выступая с ультрареволюционными речами и вместе с тем усиливая репрессии.

Основным методом решения всех вопросов стал метод насилия. Борьба велась буквально против всех и вся. Убийства ни в чем не повинных людей приобрели массовый характер. Из-за массовых репрессий и несправедливости в ряде мест восстали пуштунские племена. Х.Амин приказал наносить по ним бомбо-штурмовые удары с воздуха.

В то же время Хафизулла Амин пытался переложить на советскую сторону ответственность за свои беззаконные действия, заявляя, что эти шаги афганского руководства якобы предпринимаются по рекомендации советских лидеров. Возможно, этим он хотел еще больше "повязать" своих благодетелей, но перешел допустимую грань. И ему этого не простили.

22 ноября в Кабул прилетел первый заместитель министра внутренних дел СССР генерал-лейтенант В.С.Папутин. Он в довольно мрачных тонах изложил свою оценку ситуации, сложившейся в Афганистане. Впрочем, советское руководство тогда уже не заблуждалось насчет Амина. После прихода к власти Х.Амина и убийства им Н.Тараки перед советским руководством встала проблема - как поступить дальше? С учетом долгосрочных интересов Советского Союза было признано целесообразным резко не порывать отношения с Афганистаном, а действовать, сообразуясь с ситуацией в этой стране. Однако особую обеспокоенность членов Политбюро ЦК КПСС вызывали начавшие поступать по линии КГБ СССР в октябре-ноябре 1979 г. данные о том, что Х.Амин изучает возможность определенной переориентации своей политики на США и КНР.

Одновременно противники Х.Амина по своим каналам стали обращаться к руководству КПСС, тревожась о возможности полного физического истребления "национально-патриотических и прогрессивных сил Афганистана". Играя на противоречиях между СССР и США, они заявляли, что речь идет не только о спасении дела революции, но и сохранении ДРА как суверенного, "неприсоединившегося государства", дружественного Советскому Союзу. На самом же деле партийцы из "Парчама" сами рвались к власти, и сделать это они намеревались при помощи СССР.

Находящиеся в эмиграции видные партийные деятели обеих фракций НДПА создали в ДРА нелегальные структуры, тайно начали возвращать свои кадры в Афганистан и приступили к планированию и подготовке решительных действий против группировки Х.Амина. Но так как не было уверенности в том, что эти силы самостоятельно смогут поднять вооруженное восстание, "эмигранты" тоже возлагали основные надежды на советскую военную помощь. Да и в самом Афганистане к декабрю 1979 г. сложилась драматическая военно-политическая обстановка. В стране свирепствовали террор и насилие, фактически началась гражданская война.

События ДРА стали частью мирового революционного процесса. И руководству СССР рекомендовалось не допустить экспорта контрреволюции. Это было созвучно настроениям советских руководителей. Ведь слишком заманчивой для них оказалась возможность иметь на своих южных границах надежного союзника, связанного с Советским Союзом единой идеологией и интересами. Видимо, поэтому они в конечном итоге пошли на такой трудный шаг, хотя до конца и сами не разобрались: какую же революцию собрались защищать?

Постепенно появилась идея создать условия для устранения Амина и замены его более лояльным деятелем. В то время в Москве находился лидер фракции "Парчам", который нелегально прибыл из Чехословакии и с августа 1978 г. жил в СССР на правах эмигранта. Б.Кармалю было предложено возглавить борьбу по свержению режима Х.Амина. На что он согласился и сразу же попал под опеку КГБ СССР.

В течение месяца спецназовцы занимались боевой и специальной подготовкой на аэродроме и готовились к выдвижению в Кабул.

По поручению советского руководства посол Табеев проинформировал Х.Амина об удовлетворении его просьбы о направлении двух батальонов для усиления охраны резиденции главы государства и аэродрома Баграм. С одним из них нелегально прибыл Б.Кармаль, который находился в Баграме под охраной сотрудников КГБ СССР среди советских солдат и офицеров. Примерно в то же время переправили и "четверку" сподвижников бывшего Генсека НДПА Тараки, которые укрылись в Кабуле у своих сторонников. Одновременно Х.Амину сообщалось, что советское руководство удовлетворило его просьбу и готово принять его в Москве с официальным дружественным визитом.

По докладам из Кабула, к декабрю обстановка в Афганистане складывалась не в пользу правительства. Афганская армия к тому времени оказалась значительно ослабленной и, по заявлениям Амина, была не в состоянии самостоятельно защищать правящий режим и отстаивать суверенитет государства, хотя наши военные советники придерживались другого мнения и докладывали об этом. Но было еще неписаное правило - передавать преимущественно ту информацию, которая бы устраивала власть имущих.

12 декабря на заседании Политбюро ЦК КПСС единогласно было принято окончательное решение - ввести советские войска в Афганистан, хотя в интересах скрытности это называлось "мероприятиями". По убеждению советских руководителей, этот шаг должен был способствовать интересам укрепления государства и ничего другого не преследовал.

Считалось, что если изолировать Амина и его окружение, поставить вместо них в руководстве новые лица, поддержать это руководство военной силой, то все встанет на свои места. Без больших потерь с советской стороны вместо Амина во главе партии и государства был поставлен Бабрак Кармаль. Однако, вопреки информации, все произошло наоборот - ввод войск обострил ситуацию.

Главная цель советского военного присутствия в ДРА была миротворческой и формулировалась однозначно - оказание помощи в стабилизации обстановки и отражении возможной агрессии извне. Советские войска должны были стать гарнизонами и не ввязываться во внутренний конфликт и боевые действия. Им действительно предписывалось повсеместно оказывать помощь местному населению в защите от банд, а также распределять продовольствие, горючее и предметы первой необходимости. Сейчас, конечно, понятно, что такая установка была нереальной, но тогда посчитали ее приемлемой.

Руководство Генерального штаба ВС СССР до принятия окончательного решения политическим руководством СССР выступало против ввода войск, так как считало, что внутренние конфликты афганское руководство должно разрешать исключительно самостоятельно, а наше военное присутствие спровоцирует развязывание боевых действий и приведет к усилению мятежного движения в стране, которое в первую очередь будет направлено против советских войск. К тому же слабое знание обычаев и традиций афганцев, особенно ислама, национально-этнических и родоплеменных отношений поставит наших воинов в весьма тяжелое положение. Это, кстати, затем и произошло, но на доводы и возражения военных не обратили внимания. Более весомыми оказались аргументы, приводимые партийными функционерами, которые были больше основаны на идеологических соображениях, чем на объективных реалиях и государственных интересах собственной страны.

Рассматривая вопрос о вводе советских войск в Афганистан, нельзя не отметить, что на разработке советской политики в отношении ДРА сказывались реалии и оценки международной обстановки того времени. Шла "холодная война".

Происходило военно-стратегическое противостояние двух сверхдержав (США и СССР), двух систем и военных блоков, а также геополитическое соперничество с Китаем, который тогда рассматривался советским руководством как вероятный противник.

Советское руководство беспокоили также дальнейшее сближение между США и Китаем на антисоветской основе, взрывоопасная обстановка в различных регионах мира, особенно на Ближнем и Среднем Востоке, революция - в Иране, обещавшая исламское возрождение, а следовательно - уменьшение там советского влияния и распространение "неповиновения" на Афганистан и даже миллионы советских мусульман.

На следующий день после принятия политическим руководством СССР решения на ввод советских войск в Афганистан была сформирована Оперативная группа Министерства обороны СССР (ОГ МО СССР) во главе с первым заместителем начальника Генерального штаба генералом армии С.Ф.Ахромеевым.

Примерно с середины декабря началась форсированная переброска мелких спецподразделений в Афганистан. На проведение всех мероприятий, связанных с вводом войск в ДРА, отводилось очень мало времени - менее суток. Такая поспешность не могла не сказаться негативно в дальнейшем.

Советский посол в Кабуле заранее поставил в известность Х.Амина о принятом решении на ввод советских войск в Афганистан, и он распорядился оказывать им всяческое содействие.

27 декабря на заседании Политбюро ЦК КПСС были рассмотрены мероприятия пропагандистского обеспечения ввода советских войск в Афганистан и передачи власти Б.Кармалю. С утра 27 декабря началась непосредственная подготовка к штурму дворца Х.Амина.

В это время сам Амин, ничего не подозревая, находился в эйфории от того, что удалось добиться своей цели - советские войска вошли в Афганистан. Днем 27 декабря он устроил обед, принимая в своем роскошном дворце членов Политбюро и министров с семьями. Неожиданно во время обеда Генсек НДПА и многие его гости почувствовали себя плохо. Некоторые потеряли сознание. Полностью "отключился" и Х.Амин. Это происшествие очень встревожило офицеров, ответственных за организацию охраны председателя Ревсовета ДРА. Они выставили дополнительные посты из афганских военнослужащих и позвонили в танковую бригаду, чтобы там были готовы оказать помощь. Однако помощи им было ждать неоткуда, так как наши десантники уже полностью блокировали располагавшиеся в Кабуле части афганских войск. По свидетельству В.Колесника, около шести вечера его вызвал на связь главный военный советник генерал-полковник С.К.Магометов и сказал, что время штурма перенесено, и начинать надо как можно скорее. Буквально спустя 15-20 минут группа захвата выехала на машине ГАЗ-66 в направлении высоты, где были закопаны танки. Офицеры батальона внимательно следили за ним.

Вскоре в кабульское небо взлетели две красные ракеты - сигнал для солдат и офицеров "мусульманского" батальона и спецгрупп КГБ. На дворец обрушился шквал огня. Тем временем спецгруппа КГБ прорвалась к помещению, где находился Хафизулла Амин, в ходе перестрелки он был убит офицером этой группы. Труп главы правительства ДРА и лидера НДПА завернули в ковер. Так основная задача была выполнена.

Бой во дворце продолжался недолго, дворец был захвачен. Полковник Колесник дал команду на прекращение огня и перенес свой командный пункт непосредственно во дворец Тадж-Бек.

После штурма дворца радиостанция Кабула передала записанное на пленку обращение Б.Кармаля к народам Афганистана. Но это были только слова. Последовавшие за ними дела показали, что новый режим мало чем отличается от предыдущего.

В ту ночь произошел не просто очередной государственный переворот, было положено начало резкой активизации гражданской войны в Афганистане, была открыта трагическая страница как в афганской истории, так и в истории Советского Союза. Солдаты и офицеры - участники декабрьских событий искренне верили в справедливость своей миссии, в то, что они помогают избавиться афганскому народу от тирании Х.Амина и, выполнив свой интернациональный долг, вернуться к себе домой.

На Западе ввод советских войск в Афганистан и устранение от власти Х.Амина сразу же были расценены как акты международного терроризма. Советское руководство стремилось воспрепятствовать обсуждению этих действий в ООН. Однако заседание Совета Безопасности ООН по "афганскому вопросу" состоялось. 14 января 1980 года большинство стран - участниц Генеральной Ассамблеи ООН осудили действия СССР и потребовали вывода наших соединений и частей из Афганистана.

В течение января 1980 г. части советских войск заняли ключевые районы страны, совместно с афганской армией взяли под охрану административные центры, жизненно важные объекты, аэродромы и основные автомагистрали. Была также установлена надежная охрана объектов советско-афганского сотрудничества, на которых жили и работали советские гражданские советники и специалисты.

Командиры считали, что это - краткосрочная акция, что, выполнив задачу, советские войска уйдут из Афганистана. Но "акция" растянулась на долгих девять лет.

10 января 1980 г. состоялся пленум ЦК НДПА, объявивший состав руководящих органов республики. Новое правительство возглавил Бабрак Кармаль, который стал также Генеральным секретарем ЦК НДПА и председателем Революционного Совета. По существу, власть в стране и партии от одного крыла НДПА ("Хальк") перешла к другому ("Парчам"). Халькисты, которые фактически делали революцию, стали оттесняться с государственных и партийных постов на вторые роли или изгоняться вообще.

События после 27 декабря 1979 года - свержение аминовского режима и приход к власти сил во главе с Б.Кармалем - получили название второго этапа апрельской революции, то есть подтверждалась их преемственность.

Первые шаги обновленного руководства давали надежду на то, что оно будет конструктивно решать стоящие перед страной проблемы. Различными путями Б.Кармаль пытался сгладить последствия предпринятых Н.М.Тараки и Х.Амином идеалистических шагов и устранить тот политический урон, который нанесли халькисты НДПА.

Земельная реформа была приостановлена. Ряду крупных землевладельцев были возвращены или сохранены их имения, оказана поддержка со стороны правительства. Были приняты меры по ликвидации террора и репрессий. Но и этот этап реформирования афганского общества ознаменовался новым обострением внутрипартийной борьбы.

Приход к власти Б.Кармаля повлек за собой значительные перемещения кадров государственных служащих во всех звеньях управления. Решением Чрезвычайного революционного суда некоторые министры ДРА и ответственные работники НДПА - ярые сторонники Х.Амина - были казнены. Около ста руководящих деятелей партийно-государственного аппарата, были арестованы и длительное время находились в тюрьме. Часть халькистов, спасаясь от расправы, эмигрировала из страны или перешла в лагерь оппозиции. Руководство ДРА во главе с Б.Кармалем находилось в состоянии эйфории, оно было убеждено в скорой победе.

Ввод советских войск в Афганистан, как быстро выяснилось, не привел к спаду вооруженного сопротивления оппозиции, на что надеялось руководство СССР. И это было не удивительно, ведь в оценках ситуации в ДРА преобладали европейские и субъективные подходы, а Афганистан - Азия с массой тонкостей и тысячелетних традиций.

Оказывая военную помощь афганским демократическим силам, советские руководители вопреки мнению советских экспертов переоценили возможное влияние самого фактора ввода в ДРА Ограниченного контингента советских войск (ОКСВ). Они недостаточно учли и тот факт, что в результате многовековой борьбы с различными завоевателями в сознании каждого афганца прочно утвердилось представление, что иностранные войска, вошедшие в страну, пускай даже с "благими" намерениями, - это иноземные оккупанты, с которыми надо сражаться.

Отряды многих афганских племен стали ядром вооруженных формирований оппозиции в борьбе с регулярными частями афганских и советских войск. Действия вооруженных отрядов щедро оплачивали зарубежные покровители оппозиции, которые снабжали их всем необходимым.

С вводом советских войск в ДРА главным объединяющим идеологическим и политическим лозунгом антиправительственных сил стал призыв к священной войне ("джихад") с неверными. Следует признать, что этот призыв мулл нашел понимание многочисленной части афганского населения, чему способствовали вековые мусульманские традиции, а также деятельность исламских авторитетов.

В начале января 1980 г. восстал 4-й артиллерийский полк ВС ДРА. Поступили сведения, что захвачены или убиты советские военные советники, находившиеся в этой части. По просьбе афганского руководства и для спасения, возможно, оставшихся в живых советников командованием ОКСВ была проведена первая боевая операция - по разоружению мятежного полка.

7 января была получена задача овладеть населенным пунктом Нахрином, где дислоцировался полк. Мятежники заблаговременно подготовили оборону на подступах к населенному пункту.

Это был первый бой подразделений ОКСВ (не считая штурма дворца Х.Амина), и личный состав показал смелость, решительность, высокое огневое мастерство.

Таким образом, обстановка вынуждала советские войска вести бои с отдельными отрядами вооруженной оппозиции, хотя это и не входило в их планы. Но, видимо, другие планы были у афганцев. Руководство ДРА хотело втянуть ОКСВ в гражданскую войну основательно. В Москву шли телеграммы с просьбами о подавлении выступлений мятежников в различных районах страны.

Одновременно и противники режима развернули пропагандистскую компанию по охаиванию советских войск и их миссии, призывая население Афганистана на борьбу против оккупантов.

Следует подчеркнуть, что до определенного момента руководство СССР и наше военное командование уклонялось от удовлетворения просьб Б.Кармаля по оказанию помощи в борьбе с вооруженными формированиями оппозиции, ссылаясь на то, что участие введенных в Афганистан соединений и частей в боевых действиях на территории ДРА не предусматривалось. Однако после массовых антиправительственных выступлений в Кабуле в конце февраля 1980 г.(было обстреляно наше посольство, убито несколько советских граждан. Оппозиция, собрав тысячи людей, двинула их на дворец Арк, где находился Генсек НДПА), и после очередного обращения к Советскому правительству Б.Кармаля, напуганного этим выступлением, из Москвы командованию советских войск в Афганистане поступило категорическое указание: "Начать совместно с армией ДРА активные действия по разгрому отрядов вооруженной оппозиции". Это, конечно, было отступление от первоначальных планов, но распоряжение от правительства поступило, и войска обязаны были его выполнять.

Итак, с начала марта 1980 г. подразделения и части ОКСВ приступили к проведению операций в провинции Кунар. Тем самым они оказались втянутыми в междоусобную войну в Афганистане и стали, выполнять задачи, связанные с подавлением мятежного движения, что первоначально вообще не входило в планы СССР.

В то время вывод войск означал бы уступку агрессивной политике Соединенных Штатов; укрепил бы позиции сторонников жесткого курса в отношении Советского Союза в США и в других странах Запада; нанес бы ущерб престижу Советского Союза. В этом случае усилилась бы дестабилизация обстановки в ДРА, что в конечном счете могло привести к потере Афганистана; к резкому росту мусульманского экстремизма вблизи границ СССР. С учетом этого было предложено вернуться к рассмотрению вопроса о выводе войск позднее, по мере стабилизации политической обстановки в Кабуле в конце февраля, но как бы то ни было - присутствие советских войск в Афганистане неизбежно влекло за собой втягивание их в гражданскую войну.

Фактически единственной организованной силой, на которую могло опереться новое афганское руководство в своей деятельности по стабилизации обстановки в стране, была афганская армия. Но новая волна внутрипартийной борьбы захлестнула и армию. Кроме того, наблюдалось смыкание некоторых офицеров с мятежниками. В немалой степени ее ослабляла раздробленность. Значительная часть войск была рассредоточена по мелким гарнизонам для охраны представителей новой власти в провинциальных и уездных центрах. Находясь в отрыве от своего командования, эти гарнизоны становились объектами нападения мятежников, подвергались массированной исламской пропаганде, теряли боеспособность, сдавались или сами переходили на сторону оппозиции, пополняя ее ряды. Участие советских войск в боевых действиях в значительной мере помогало практическому обучению афганских военнослужащих, укреплению армии Афганистана.

В связи с серьезной дезорганизацией и слабой боеспособностью афганской армии, основную тяжесть вооруженной борьбы с мятежниками в начале 80-х годов вынуждены были нести наши войска. И, если сначала им приходилось сталкиваться с мелкими, разрозненными группами бандитов, то позднее группировки противника стали крупнее и организованнее. Когда в результате крупных поражений противника весной 1980 г. активность моджахедов по ведению открытых боевых действий значительно снизилась, мятежники стали уходить от прямого столкновения с войсками. Они перешли к тактике засад, террора и диверсионным действиям, особенно на труднопроходимых участках дорог, долин, а также в населенных пунктах, широко применяя минирование. Осенью 1980 г. мятежники приступили к оборудованию в труднодоступных горных районах складов и баз оружия, боеприпасов, продовольствия, а также подготовке пещер к зиме.

С наступлением холодов значительная их часть под видом местных жителей стала скрываться в населенных пунктах. Там они проводили террористические акты против партийных работников и представителей новой администрации, а также создавали препятствия для доставки продовольствия в контролируемые новой властью районы. Мятежники активно проводили антиправительственную пропаганду среди местного населения по воспрепятствованию и даже срыву призыва в армию молодого пополнения. При этом применялись шантаж и угрозы уничтожения семей и домов призывников.

Тактика действий мятежников в течение года постоянно изменялась.

По мере изменения тактики моджахедов менялась и тактика действий наших частей и подразделений.

В 1981 г. во время визита Б.Кармаля в Москву было подписано соглашение о взаимовыгодных отношениях и безвозмездной помощи Афганистану со стороны СССР.

В политике Б.Кармаля не появилось ничего такого, что позволило бы добиться коренного улучшения отношения значительной части афганского народа к новой власти. НДПА по-прежнему пыталась проводить свою линию методами тоталитарного государства - с помощью насилия, что редко приводит к положительным результатам. Народ не воспринимал преобразований, проводимых НДПА, так как "народная" власть повсеместно устанавливалась силой.И для проведения насильственных преобразований Б.Кармаль стремился увеличить отряды защитников революции и партийных активистов, потому что не очень доверял армии. Он старался как можно больше использовать помощь советских войск, все больше и больше втягивая их в боевые действия против оппозиции. Фактически они стали основной и решающей силой в гражданской войне.

К сожалению, наши регулярные части не в полной мере были приспособлены к тактике действий мелких мобильных вооруженных групп оппозиции. Сказалось отсутствие опыта ведения антипартизанской войны. Постепенно в процессе выполнения маневренных операций советские войска стали действовать более успешно. Наше военное командование уделяло много внимания вопросу обеспечения боевой техникой, ее модернизации и эффективности, подготовке и своевременной передаче свежих разведывательных данных. Опыт боевых действий обобщался, изучался и обсуждался на систематически проводимых военно-научных конференциях, на совещаниях и командирских сборах. Новые приемы и методы ведения борьбы доводились до личного состава всей армии, так как часто только от уровня военного профессионализма солдат зависела их жизнь или смерть.

Постепенно война охватила всю территорию Афганистана. Кратковременная кампания с ограниченными целями превратилась в жестокую и долгую бойню.

Руководство СССР не обращало внимания на то, что гибнут советские парни, более того, оно предпочитало не афишировать этот факт. Советским солдатам, павшим на поле брани, отказывали даже в последних человеческих почестях, руководствуясь какой-то придуманной оторвавшимися от реальной жизни чиновниками "политической точки зрения".

После "афганской войны" Русская православная церковь провела молебны за упокой павших в Афганистане воинов.

Борьбу против кабульского правительства вели более 70 оппозиционных партий, организаций и группировок. Ближайшей целью своей борьбы они ставили свержение демократического строя в ДРА и создание теократического государства.

Основными формами подрывной деятельности мятежного движения являлась вооруженная борьба, диверсионно-террористические акты и различные мероприятия идеологического характер. В первое время (начало 1980 г.) оппозиция пыталась противостоять советским войскам достаточно крупными силами, но уже через несколько месяцев из-за больших потерь в людях перешла главным образом к действиям мелкими группами, то есть стала применять партизанскую тактику действий, при этом были организованы учебные пункты и группы при крупных вооруженных формирования.

С весны 1987 г. советские войска начали применять систему "Барьер", перекрыв на востоке и юго-востоке страны отдельные участки местности сплошной цепью засад и подразделений, которые обороняли основные узлы дорог и контролировали с высот ущелья. Нужно было препятствовать перемещению караванов в центр Афганистана. В результате этого вооружение и боеприпасы накапливались на перевалочных базах мятежников, а затем уничтожались ударами авиации. 

Основными объектами диверсий были линии электропередач, государственные и культурно-просветительные учреждения, промышленные и сельскохозяйственные объекты и т.п. Масштабы проведения террористических акций постоянно расширялись.

В течение длительного периода НДПА не занималась решением неотложных социально-экономических проблем. Жизнь населения в большинстве районов страны резко ухудшилась. Иногда создавалась парадоксальная ситуация, когда крестьяне получали товары первой необходимости не от правительства, а из зон, находящихся под контролем оппозиции. Такое положение дел опять же вызывало протест населения, которое все чаще переходило на сторону оппозиции. Размеры территории, на которую распространялась власть НДПА, неумолимо сокращались. Декларации властей, что они контролируют большую часть страны, опровергались действительностью.

Раздробленность партии и фракционные амбиции ее лидеров привели к последствиям куда более тяжелым и труднопреодолимым, чем это представлялось прежде и особый вред это наносило военному строительству, разобщало страну и вооруженные силы.

Продолжавшаяся борьба в партии и государстве между сторонниками крыльев "Парчам" и "Хальк" усугублялась национально-племенными и семейно-клановыми факторами, способствовала усилению взаимного недоверия, сохранению атмосферы скрытой вражды.

Созданные после ввода советских войск благоприятные условия лидерами НДПА использованы не были. Партия с помощью КПСС, продолжала развиваться в "тепличных" условиях. Все более очевидным становился тот факт, что выбор Б.Кармаля на роль лидера оказался крайне неудачным.

Тем временем в Афганистане и в СССР многие прогрессивные руководители стали понимать, что так дальше продолжаться не может, что решить внутриафганскую проблему военным путем невозможно. Была предпринята попытка решить эту проблему политическими средствами, путем переговоров. Однако были силы, прежде всего в США, которым было выгодно, чтобы Советский Союз как можно дольше вел эту войну.

Наши солдаты и офицеры воевали в Афганистане со все возрастающим напряжением. По истечении двух лет пребывания в Афганистане советские воины возвращались на родину. На смену им присылали молодое пополнение - необстрелянных солдат и офицеров. Мятежникам было некуда идти со своей земли, и они продолжали борьбу, все время совершенствуя боевое мастерство под руководством иностранных советников. В результате наши воины постигали военное искусство уже в ходе боевых действий ценою собственной жизни, а мятежники становились все более закаленными, и этот разрыв в подготовке с каждым годом увеличивался.

Б.Кармаль рассматривал советское военное присутствие как средство, под прикрытием которого можно было беззаботно жить. В итоге наши части по существу стали решающей силой, обеспечивающей само существование "республиканской власти". Они превратились в своеобразных "наемников", которые воевали в чужой стране, а содержало их свое же государство. Это еще один из парадоксов "афганской войны". Советские войска по-прежнему оставались главной силой в противоборстве с вооруженной оппозицией, а воевать им становилось с каждым годом все трудней.

В связи с участием советских войск во внутреннем конфликте в Афганистане стал падать престиж Советского Союза даже у его союзников. Негативное влияние войны в Афганистане начало ощущаться и внутри Советского Союза. Гибель советских парней в чужой стране вызывала возмущение и протест не только их родных и близких, но и всех честных людей в СССР.

После прихода к власти М.Горбачев поначалу попытался найти выход из положения в Афганистане с помощью прямых военных средств. В середине 1985 г. был взят курс на вывод войск из Афганистана и решение афганской проблемы политическим путем. Но по-прежнему события в Афганистане оставались тайной для советских людей, об "афганской войне" они узнавали лишь то, что политическое руководство СССР разрешало сообщать в СМИ.

В русле начавшейся тогда в Советском Союзе "перестройки" ЦК КПСС были выработаны новые подходы и тактика действий при решении внутриафганского урегулирования. В октябре 1985 г. на переговорах в Москве их впервые изложили афганской стороне, прямо указав на серьезные перекосы и перегибы в практике НДПА, а также высказали, как казалось, принципиально новые рекомендации, которые при активной работе могли бы дать значительные результаты. Одновременно кабульские власти уведомлялись о твердом намерении Советского Союза вывести свои войска из Афганистана. Вместе с тем были подтверждены обязательства СССР о продолжении поставок оружия для ВС ДРА. Реакция афганцев на это была отрицательной.

В феврале 1986 г. в докладе на ХХVII съезде КПСС М.С.Горбачев сообщил делегатам о выработке с афганской стороной плана поэтапного вывода советских войск, который будет приведен в исполнение сразу же после достижения политического урегулирования.

Отсутствие позитивных изменений в жизни общества, обещанных народу НДПА, нарастание экономического кризиса и обострение внутриполитической ситуации в стране, подорвало доверие многих членов партии к своему генсеку. Дальнейшее пребывание Б.Кармаля у руководства партией и государством стало бесперспективным, поэтому были предприняты шаги по его замене.

На ХVIII пленуме ЦК НДПА (май 1986 г.) на пост Генерального секретаря ЦК НДПА вместо Бабрака Кармаля был избран Наджибулла. Советские руководители надеялись, что с его приходом к власти начнется наконец практическая работа по нормализации обстановки в стране, что будет положен конец внутреннему конфликту в Афганистане. Афганских руководителей предупредили о намерении Советского Союза начать подготовку к выводу своих войск из Афганистана.

Чрезвычайный пленум ЦК НДПА (декабрь 1986 г.) официально провозгласил принципиально новую установку - на национальное примирение и прекращение братоубийственной войны. Основной упор делался на решение проблем Афганистана политическим методами. При этом национальное примирение рассматривалось как этап развития национально-демократической революции, особый вид политического компромисса.

Вероятно, в общих интересах надо было бы образовать единый руководящий компетентный орган, наделенный широкими полномочиями, но его не создали. Все общие вопросы решались в основном в Москве, на заседаниях Комиссии Политбюро ЦК КПСС по Афганистану, что приводило к потере времени и, как следствие, оперативности.

В новых условиях главными органами примирения стали чрезвычайные комиссии национального примирения, а Верховным органом примирения объявлялась Всеафганская чрезвычайная комиссия национального примирения. При достижении национального примирения и объявления кишлака, волости, уезда или провинции "зоной мира" Ревсовет и правительство предоставляли населению этих зон конкретные государственные льготы.